Командирский калибр кавторанга Петренко

Армия

Миниатюрная серебристая подводная лодка с красной звездой на рубке — нагрудный знак командира подводного корабля, — весьма уважаемая военными моряками регалия. Подводники вполне заслуженно по многим параметрам являются элитой военного флота. А их командиры, вообще, люди особой формации. Ведь недаром считается, что командир подводной лодки должен быть и лучшим штурманом, и лучшим гидрологом, и лучшим психологом, и лучшим знатоком вооружения, и лучшим интендантом, и многое, чего ещё лучшим в своём экипаже. И сами подводники говорят, что именно командир побеждает или проигрывает в бою, замыкая в своих волевых решениях все возможности «железа» и «человеческого фактора». А ещё в подплаве убеждены, что знания и мудрость командира подводной лодки относятся к её боевым характеристикам. По всему выходит, что обладатели такого особого знака отличия — элита из элит. Потому, наверное, и путь командирского становления у подводников простым не назовёшь.

Офицерский генотип подводника

В кладези мудрых мыслей адмирала С.О. Макарова есть и такая: «Если хочешь узнать об офицере, узнай, у кого он служил, кто был его командиром». В этом заключён и великий педагогический смысл должности командира подводной лодки — закладывать и формировать офицерский генотип подводника. Константин Петренко считает, что с командирами ему всегда везло. Ещё курсантом военно-морского института он проходил стажировку на подводной лодке «Алроса». Именно из рук её тогдашнего командира, а ныне авторитетнейшего черноморского подводника капитана 1 ранга Анатолия Варочкина он принимал плафон с солёной забортной водой по традиционному ритуалу посвящения в подводники. И посвящение это стало пророческим — после окончания военного вуза Петренко получил распределение на дизельную подводную лодку 641-го проекта командиром БЧ-4.

Командир ПЛ «Великий Новгород» капитан 2 ранга Константин Петренко.

© Фото автора

Командир ПЛ «Великий Новгород» капитан 2 ранга Константин Петренко.

— В те времена связисты были не очень перспективными претендентами на место в командирском кресле подводной лодки, — вспоминает начало своей офицерской биографии Константин Петренко. — Но я уже с первой ступени службы наметил себе командирские румбы. Думаю, что в этом немалую роль сыграл пример командира лодки капитана 2 ранга Олега Орлова. Он же проявил и отшлифовал во мне необходимые профессиональные качества офицера подплава.

Читать  Служба и боевое применение турбовинтовых штурмовиков OV-10 Bronco после окончания вьетнамской войны

Карьера офицера Петренко складывалась скорее обстоятельно, нежели стремительно: через два года службы он принял под своё начало боевую часть управления. Через пятилетку стал помощником командира корабля. Основательно поднаторев в этой хлопотной должности, перешёл на вакансию старшего помощника командира. Здесь-то и довелось погружаться на всю глубину знаний, необходимых для командования субмариной. Шестнадцать лет службы на «железе» — основательная выдержка офицерского и подводницкого характера, завершились ещё одной ступенью к лейтенантской мечте — направлением на высшие специальные командирские классы ВМФ.

Но даже глубокое погружение в теорию командирской деятельности, самые сложные тренажёрные ситуации, строгие зачёты и экзамены не дают гарантии полного овладения командирскими качествами. Они окончательно складываются лишь в прочном корпусе подводной лодки, круглосуточными вахтами в ЦП в полном контакте со своим экипажем, грузом ответственности за боеготовность лодки и боеспособность людей внутри неё.

Шестнадцать лет службы на «железе» - основательная выдержка офицерского и подводницкого характера.

© Фото автора

Шестнадцать лет службы на «железе» — основательная выдержка офицерского и подводницкого характера.

Одним словом, командиром офицер подплава может стать только в море: на его штормовых волнах и щедрых на сюрпризы глубинах. Капитан 2 ранга Константин Петренко именно такой путь и прошёл, возглавив экипаж многоцелевой дизель-электрической подводной лодки проекта 636,3 «Варшавянка».

Лишних «винтиков» на подлодке нет

Конструктивную оптимальность новой подводной лодки «Великий Новгород» её командир постигал ещё на этапе заводских и государственных испытаний. Всю мудрёную начинку современнейшей субмарины он изучал не только по технической документации и пояснениям корабелов. На самых разных режимах энергетической установки Константин Петренко со своим экипажем перепахал не одну тысячу миль морских полигонов, испытав на практике электронное, торпедное и ракетное вооружение подводного корабля, внимательно протестировал психологическую профпригодность каждого своего моряка в напряжённых испытательных вахтах. И теперь он с полной ответственностью говорит, что ни в устройстве лодки, ни в её экипаже нет, и не может быть лишних «винтиков». 

Читать  Танки в карабахском конфликте
Подводная лодка «Великий Новгород» у новороссийского пирса.

© Фото автора

Подводная лодка «Великий Новгород» у новороссийского пирса.

— Здесь всё — единая технически-одушевлённая боевая система, — уверен командир субмарины. — И она замкнута в выверенную практикой подводного флота прочную круговую поруку: надёжность механизмов и аппаратуры зависит от надёжности и умения людей, судьбы которых зависят от надёжности того же подводного корабля.

Всего 19 перекладин узкого вертикального трапа из ходовой рубки на среднюю палубу, несколько шагов в тесноватом проходе между кабельными хитросплетениями и множеством приборов отделяют от внешнего мира центральный пост — электронный мозговой центр подводной лодки, и штатное место её командира.

— Всем — вниз! Приготовиться к погружению! — Команда по громкоговорящей связи, прорываясь во все отсеки, начинает особый отсчёт времени — корабельного учения.

Во всём ощущается спрессованность атмосферы в замкнутом пространстве прочного корпуса, ускоряющей бег секунд. Скороговорка докладов из отсеков, короткие команды ЦП, вводные руководителя учения — всё это и есть ожившая в наглядности единая боевая система «Великого Новгорода». И задающий импульс этой системы — капитан 2 ранга Константин Петренко. Команды и замечания он отдаёт негромко, в ровной тональности, стараясь при этом фиксировать не только смысл информационного обмена между корабельными подразделениями, но и показания множества приборов, динамику работы всех моряков на центральном посту. И это создаёт полное впечатление, что руководитель учения находится не над всем этим процессом заточки боевых навыков экипажа, а внутри него. Впечатление усиливается, когда по вводной задымления отсека сам командир надевает маску СДС — стационарной дыхательной системы — и продолжает работать в ней, как и его подчинённые. Обучающий фактор личного примера работает со стопроцентным КПД, создавая при этом моральную атмосферу экипажного единения.

По вводной задымления отсека сам командир надевает маску СДС - стационарной дыхательной системы - и продолжает работать в ней, как и его подчинённые.

© Фото автора

По вводной задымления отсека сам командир надевает маску СДС — стационарной дыхательной системы — и продолжает работать в ней, как и его подчинённые.

С такими моряками хоть в огонь, хоть в подводу 

— В прочном корпусе подлодки востребована и прочность человеческих взаимоотношений, — считает капитан 2 ранга Петренко. — В службе бывают разные моменты, командиру гибкость нужна, чтобы каждый из них «разрулить» безошибочно. Когда в формате боевой деятельности регламент службы необсуждаем, и решение командира, даже просто его слово — закон, он должен стать гранитом непререкаемости. А бывает в житейских ситуациях, что главным становится решение каких-то личных проблем моряка. Здесь по-командирски правильно будет кремнём стоять за своего подводника. И тогда люди в самые сложные минуты раскрывают весь внутренний потенциал. Служит, к примеру, в трюмной команде старший матрос Артём Кислый — тихий по характеру парень. А в сложной ситуации морского похода он действовал с наивысшей самоотдачей, проявив достойные качества подводника. Именно в море не раз проявлялись лучшие профессиональные и личностные качества капитана 3 ранга Дениса Данилина, капитан-лейтенантов Александра Демонтаева и Сергея Лукьянова, других специалистов.

Читать  Можно ли было спасти эсминцы пр. 956? Нужно!

— И таких моряков на лодке немало, — говорит Константин Петренко. — Со своим экипажем я готов и в разведку, и на боевую службу в дальнюю морскую зону с уверенностью идти.

ПЛ «Великий Новгород», по словам её командира, это — оптимальное сочетание акустической скрытности и дальности обнаружения целей. У неё — новейший инерциальный навигационный комплекс, современная автоматизированная информационно-управляющая система, мощное быстродействующее торпедно-ракетное вооружение, в частности те самые «Калибры», что метко отыскивали свои цели в стане боевиков на территории Сирии после подводных пусков с акватории Средиземного моря. А ещё — высокопрофессиональный экипаж, сплочённый общей мотивацией успешной службы.

Из дальнего похода.

© Фото автора

Из дальнего похода.

Внук сержанта-танкиста, штурмовавшего Берлин, сын офицера-подводника, капитан 2 ранга Константин Петренко считает за честь командовать таким подводным кораблём. И экипаж отвечает командиру полной взаимностью. Может быть, именно это и сказывается успешностью выполнения непростых задач «Варшавянкой» с именем древнерусского города на борту.

Прямая речь

«Подготовка хороших командиров — сложный и длительный процесс. Чем стремительнее развивается техника, тем короче сроки постройки корабля. Зато подготовка офицеров становится более продолжительной: ведь им приходится осваивать более сложную технику.

Бывает, что командиру приходится действовать круто, говорить резко, но и тогда в его словах и поступках не должно быть и тени высокомерия, безразличия к людям. Этого никогда и никому не прощают».

Адмирал Флота Советского Союза Н.Г. Кузнецов.

Источник: https://zvezdaweekly.ru/news/20213291159-KRnkm.html

Оцените статью
Pro-Вести - информационный портал
Добавить комментарий